Бруно Анселэн
08 августа 2013

Бруно Анселэн

генеральный директор Renault в России

«Я оптимист и призываю тратить деньги»

Наш собеседник убежден, что кризисы нередко образуются искусственно – например, из-за паники или чрезмерных опасений потребителей. Поэтому он призывает всех “жить сегодня и не создавать дополнительных предпосылок для экономических проблем”.

- Как можете охарактеризовать ситуацию на российском рынке?

- Спрос на автомобили немного снижается, но в целом ситуация стабильна. При этом рынок неодинаково ведет себя в разных сегментах. В частности, сложное положение у машин С-класса, что несколько неожиданно, в то время как в В-сегменте все в общем-то хорошо. В таких условиях марка Renault чувствует себя вполне уверенно: мы правильно выстроили стратегию, наш московский завод производит модели как С-, так и В-класса и может гибко перестраивать производство. Благодаря этому мы продаем сейчас автомобилей столько, сколько планировали, и в условиях снижающегося рынка наша доля растет.

- И все-таки тенденция к падению продаж на рынке есть. Как думаете, хотя бы прошлогодний уровень сбыта сохранится?

- В России все кризисы, как малые, так и серьезные, начинались одинаково – с каких-то небольших подвижек. Сейчас предсказать даже ближайшее будущее трудно: быть может, ситуация станет ухудшаться, но вполне возможно, что через месяц-другой продажи снова пойдут вверх. Поэтому я не хочу делать какие-либо прогнозы. Тем более что если долго кричать: “Идет кризис, идет кризис!”, то он в какой-то момент и случится. Некоторые думают, что экономика – это какая-то наука. На самом деле она только отражает жизнь. К примеру, происходит то, на что психологически настраиваются люди. Когда все говорят, что дела плохи, обыватели начинают экономить, откладывать деньги, и тогда действительно на потребительских рынках становится все плохо. Во Франции сейчас именно так и происходит: у людей очень много свободных денег, но их хранят в банках. Сегодня там самый высокий уровень накоплений за десятилетия, причем накопления растут, хотя все твердят про кризис. Люди затянули пояса, перестали совершать покупки и тем самым, по сути, спровоцировали кризис. Но я оптимист, продолжаю тратить деньги, потому что хорошие вещи доставляют мне удовольствие, и к этому же призываю остальных.

- Значит, несмотря на общую стагнацию, стратегия Renault в России остается неизменной?

- В 2008–2009 гг. мы успешно справились с кризисом. Исходили из того, что российский рынок все равно восстановится и начнет расти – к этому располагала вся структура потребления. Нужно реагировать не на сиюминутные проблемы, а мыслить в средне- и долгосрочной перспективе, ориентируясь на макроэкономические показатели. Если взглянуть на уровень доходов населения и уровень его автомобилизации, то видно, что в России есть и будут предпосылки для роста спроса на автомобили. Мы и сейчас уверены, что рынок начнет расти, вопрос лишь когда – через месяц, через три или через год-два? Но если вовремя не делать инвестиций, то за этим ростом можно не успеть.

- А ваши инвестиции во многом связаны

Как и планировалось, помимо производства на московском предприятии Renault запустит две модели на мощностях АвтоВАЗа, а затем рассчитывает начать выпуск автомобилей в Ижевске. Какие именно машины – пока не скажу, это объявим позже.

- Удовлетворены ли вы сотрудничеством с АвтоВАЗом?

- Жизнь иногда вносит коррективы, но, в принципе, все идет по плану. К примеру, мы запустили в Тольятти сборочную линию с опозданием на шесть недель. Однако в целом проект Альянса Renault-Nissan-АвтоВАЗ реализуется успешно. Мы обещали построить на АвтоВАЗе линию – и она работает. Говорили, что запустим две модели Lada на платформе B0, – мы их производим. Решили наладить выпуск машины Nissan – ее уже делают. Наметили поставить там же две модели Renault – и до конца 2013 г. начнем производить одну, а в следующем году вторую. Другие планы тоже реализуются: практически готова линия 1,6-литровых двигателей, скоро стартует и производство трансмиссий. Кроме того, на АвтоВАЗе решено модернизировать еще одну линию, и эта работа уже началась. Но главное из того, что там происходит, – это изменение качества, причем как самого продукта, так и подготовки персонала, менеджмента. По сути, идет не только модернизация огромного предприятия, а коренное изменение всей корпоративной культуры, культуры производства.

- Вернемся к марке Renault. Прошлой весной начались продажи кроссовера Duster, и очередь за ним выстроилась на год. Какова сейчас ситуация с этой машиной?

- Многие знакомые просили меня о двух вещах: сделать скидку на Duster и ускорить очередь. Если машину мы им могли помочь найти, то скидку – никогда. Такова наша принципиальная позиция. Сейчас очереди тоже есть, но сроки не столь критичны – речь идет о нескольких месяцах, но уже не о годе. Мы увеличили выпуск этого автомобиля. Сегодня на заводе в Москве по технологии полного цикла производятся четыре модели – Duster, Logan, Sandero, Fluence, и половина всего объема приходится на Duster. Скоро запустим новые модификации этого автомобиля, и его доля снова возрастет. Кстати, наш конвейер действует шесть дней в неделю и 21 час в сутки, московское предприятие работает самое большое количество часов в год из всех заводов Renault в мире. В этом году выйдем на объем производства около 180 тыс. автомобилей и по этому показателю станем четвертыми среди всех производств Группы Renault. А ведь еще два года назад даже в двадцатку не входили.

- Какие еще модели востребованы в России? Планируете ли расширять их гамму?

- Лидируют Duster и Logan. Тут ведь какая ситуация: чтобы на автомобиль был хороший спрос, он должен иметь привлекательную цену, а для этого его нужно производить локально. Поэтому мы выпускаем в России и модели C-сегмента, в частности Fluence, который тоже становится все популярнее. Хотим также продавать больше SUV, уже сформирован план развития в этом направлении. Есть и намерение шире использовать платформу B0, которую очень любят клиенты, – на ней производятся Duster, Logan, Sandero. Теперь планируем пополнить линейку новыми моделями на этой платформе. Если суммировать, то Renault будет расширять модельный ряд за счет сегмента “С”, за счет SUV и новых моделей на платформе B0, кроме того, появится небольшой коммерческий фургон. Новинок будет очень много, но это перспектива не нынешнего года.

- Весной на Женевском автосалоне был представлен маленький кроссовер Captur, который произвел фурор. Он появится в России?

- Вначале я сам заявил, что на российском рынке его продавать не будем. Однако теперь, узнав все мнения об этой новинке, я не столь категоричен. Скажу так: мы думаем. Проблема в том, что Captur построен на платформе Clio, а она не локализована в России. При этом целесообразно продавать лишь те машины, которые мы производим здесь. Однако если налаживать выпуск автомобилей на новой платформе, то одной модели недостаточно – производство будет нерентабельным, и даже вместе с Clio кроссовер Captur нужный объем спроса вряд ли обеспечит. Тем не менее вопрос остается открытым: ведь я работал и на производстве, и директором проекта, поэтому как раз сейчас стараюсь найти какое-то эффективное решение.

Андрей Безверхов, главный редактор журнала "Автопанорама"
Автор
Андрей Безверхов, главный редактор журнала "Автопанорама"
Фото
Егор Васильев

Вас заинтересует:

Вам понравилось интервью?


Расскажите друзьям:
Рассказать во ВКонтакте Рассказать в Facebook Рассказать в Twitter Рассказать в Одноклассниках

Обзоров машин на сайте:

4 0 7 1