Если на вашем автомобиле начертано что-то еще, кроме «помой меня», возможно, пришла пора обратиться к психоаналитику. Ведь зачастую на футболках, машинах, стенах и сараях пишут то, что не отваживаются произнести вслух или сказать в лицо

Место буквам – на бумаге. Поэтому любой текст, помещенный на что либо иное – забор, кумачовый транспарант, табличку на двери, кузов автомобиля, вызывает к себе повышенный интерес: «Не влезай – убьет!»

Помню, в детстве меня поразила афористичность начертанного на борту грузовика: «Шоссе – не космос». Подобные надписи отбивали через трафарет почти во всех советских автохозяйствах. Я даже решил, что начну коллекционировать грузовиковые инскрипты (вероятно, это был первый шаг к автомобильной журналистике). Самая известная из таких надписей – «Не уверен – не обгоняй!» – шагнула в народ, да и сегодня, пожалуй, остается одним из популярных мемов.

Воспитывать словом призывали те, кто не приимет воспитание палкой. Хотя на деле одно часто дополняло другое. «Ни шагу назад!», Berlin bleibt Deutsch! выводили на стенах в войну. Подобные фразы оплачены жизнями: за шаг назад полагался расстрел на месте. За 75 лет суровая лексика той страшной поры изрядно поблекла. В кино военная тема преподносится как увлекательный квест, в Counter Strike или World of Tanks можно рубиться до чертей в глазах. Я еще готов оценить юмор тех, кто наклеивает на автомобиль «Т-34» или «Ил-2», но тех, кто пишет «На Берлин!» и «Если надо, повторим!», считаю полными дебилами. Что именно повторим? Снова положим 27 миллионов?

В принципе, в Уголовном кодексе Российской Федерации предусмотрена статья 354 «Публичные призывы к развязыванию агрессивной войны». Таковые, в том числе в виде надписей, наказываются «штрафом в размере до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до двух лет либо лишением свободы на срок до трех лет». И будь прокуратура чуть усерднее, могла бы истолковать ура-патриотический юмор как деяние и вынести хотя бы определение на сей счет. Особенно грустно видеть на машинах с такими надписями выцветшие прошло­годние георгиевские ленточки.

Автомобиль выдает своего владельца: туфелька, кошечка, христианская рыбка, силуэт хоккеиста, забавный пупс... Лифтованный уазик, прикрывающий дыры в кузове «трофическими» лейбаками – предмет гордости участника внедорожных покатушек.

Вообще, с автоспорта и пошло это поветрие. Там и номера, и название команды, и реклама спонсоров – необходимое оформление. И уж затем оно шагнуло на капоты и бока обывательских моделей. Плюс достижение химпрома – прозрачная самоклеящаяся пленка с текстовками, «декаль». Художественные способности не требуются: чик – готово! В 1973 году в серию пошла первая европейская легковушка с турбонагнетателем – BMW 2002 Turbo. О том, что пора уступить дорогу гораздо более быстрой машине, остальным участникам движения сообщала наклейка на спойлере с аршинными буквами: «2002 Turbo». Чтобы лучше доходило, надпись делали наизнанку, дабы в зеркалах заднего вида читалась правильно. Идея оказалась заразительной. Ее переняли спецслужбы и начали клеить на капоты надписи Ambulance, Fire Engine или Police зеркально. Появились и наклейки Turbo на лобовое стекло – желающих сделать свой автомобиль быстрее с помощью полосок и надписей было хоть отбавляй!

Лидировала в этом ФРГ. А мы перенимали культуру у главной автомобильной вотчины Европы. Как и бескультурье. Помните лазерные диски под лобовым стеклом? Мол, защищают от радаров. И верили ж! А секрет прост: в Германии штрафная квитанция действительна лишь в случае, если фотофиксация нарушения отчетливо запечатлела физиономию водителя. Блестящий же CD-ROM бликовал на солнце (или при фотовспышке), засвечивая снимок.

А помните многочисленные кооперативные наклейки («турбо», «хочу быть Мерседесом» и прочим) на «Жигулях» и «Запорожцах»? Еще в конце 1970-х «Гутен-Таг» (журнал из ФРГ на русском языке) поведал гражданам СССР о пристрастии немцев к остроумным наклейкам на заднее стекло вроде «Пока нас не разлучит техосмотр». И тут мы немцев заткнули за пояс. Давеча стоял на светофоре рядом с фурой, позывной «Толик». На правой двери у Толика было начертано: «Если ты это читаешь, значит, я не вижу тебя». Остроумно? Психоаналитик Толику точно не нужен. Зажегся зеленый, и каждый из нас отправился своей дорогой, так и не увидев друг друга.

Время вносит свои коррективы. Поэтому, если на заднем стекле машины увидите крупно: «Навальный», не думайте, что за рулем едет Алексей Навальный. Прибавьте сюда ленточки всех цветов радуги. Или стикеры «Я паркуюсь как свинья». Автомобиль настолько врос в социум, что стал инструментом (или предметом – это уж для кого как) сведения счетов. В немецком Facebook выставили фотографию «Нивы» с наклейкой Ich bin Putin-Versteher, что в вольном переводе значит «Я понимаю Путина». Такое началось!

На волне антироссийской истерии выражение «пониматель Путина» в ФРГ используется и как оскорбление, и как вызов обывательскому сознанию. Впору задуматься, насколько вообще уместен дорожный стёб. Прав был тот водитель грузовика, с которого все началось: «Шоссе – не космос». В том смысле, что дорога или улица не бескрайни и мы на них не одни. И выражение, способное показаться одному остроумным, другого может отвлечь, унизить, разозлить. А автомобиль – железный. И жизнь, по большому счету, у каждого одна.

PS Позиция редакции может не совпадать со взглядами автора

Вам понравилась эта статья?




Интересные новости по теме


Комментарии

Обзоров машин на сайте:

4 8 6 6